Сочинение Дуэль Пушкина

Пушкина я впервые по-настоящему понял не в классе, под монотонный голос учительницы, а когда сам, тайком от родителей, прочитал «Евгения Онегина». Тогда в конце, сцена дуэли Ленского и Онегина, поразила меня до дрожи. Казалось бы, всего лишь выстрел, случайность, нелепая ссора. Но за этой сценой стояло что-то огромное, трагическое, неизбежное. А потом я узнал, что и сам Пушкин погиб точно так же. И понял, что дуэль для него — это не просто литературный прием, это часть его жизни, его воздуха, его роковой судьбы. В этом сочинении я хочу подумать о том, почему так вышло, и что для меня, сегодняшнего школьника, означает эта трагедия.

Представим себе Петербург зимы 1837 года. Морозный, чопорный, блестящий. В нем живет человек, который уже стал славой России, но при этом он окружен сплетнями, интригами и грязью. Пушкин задыхается в этом свете. Его жена — Наталья Николаевна — красавица, которой все восхищаются. А вокруг нее вьется француз Жорж Дантес — легкомысленный, наглый, красивый офицер. Он не любит ее, он просто играет, дразнит поэта, вызывает ревность. И свет только подливает масла в огонь, распуская мерзкие слухи.

Пушкин — человек чести. Для него слово «честь» не пустой звук. В те времена существовал кодекс дворянина: оскорбление можно было смыть только кровью. Многие сейчас скажут: «Какая глупость! Из-за каких-то сплетен, из-за наглого мальчишки рисковать жизнью, жизнью гения!» Но Пушкин жил по другим законам. Он не мог позволить, чтобы имя его жены, его семьи, его собственное имя трепали в грязных ртах. Дуэль была для него единственным способом защитить свою честь. Это был вызов не только Дантесу, но и всему лицемерному обществу, которое его ненавидело и боялось.

И вот наступает день 27 января (8 февраля по новому стилю). Место — Черная речка, недалеко от Комендантской дачи. Погода — снег, ветер, мрак. Всё вокруг словно пропиталось тоской и обреченностью. Секунданты — Данзас (друг Пушкина) и д’Аршиак (секундант Дантеса). Пушкин спокоен, но в этом спокойствии чувствуется ледяная решимость. Он хочет покончить с этим раз и навсегда. Дантес нервничает, но держится.

Они встают на барьер. По команде сходятся. Первым стреляет Дантес. Выстрел! Пушкин падает. Но он ранен в живот, рана смертельная. Невероятным усилием воли он приподнимается, целится и стреляет. Дантес легко ранен в руку. Для Пушкина всё кончено. Его увозят домой, на Мойку. Два дня страшных мучений. Дом полон народа, но стоит тишина. Весь Петербург замер. И 29 января Пушкина не стало.

Почему же эта дуэль до сих пор отзывается болью в наших сердцах? Потому что мы потеряли не просто человека, мы потеряли наше будущее. Сколько стихов, поэм, романов он не дописал? Какие мысли не успели родиться? Погиб величайший талант, который мог бы еще полвека радовать и удивлять мир. Это как если бы угасло солнце в самом зените.

Но есть в этой истории и другой, очень важный для меня урок. Дуэль Пушкина — это столкновение поэта и толпы. Поэт — это чистый, искренний, свободный человек. А толпа — это завистники, сплетники, те, кто не понимает и не прощает гения. Пушкин пошел против этой толпы и был ею убит. Не Дантес убил Пушкина, а всё светское общество, которое создало эту атмосферу ненависти и травли. Дантес был лишь орудием.

Сейчас, в XXI веке, дуэли нет. Но есть травля в интернете, есть подлые сплетни, есть желание унизить и растоптать человека, который ярче, талантливее, честнее. И когда мы пишем гадости в комментариях или с удовольствием обсуждаем чью-то личную жизнь, мы становимся теми же самыми, кто стоял у барьера с Дантесом. Дуэль Пушкина — это предупреждение нам всем: прежде чем бросить камень или слово, подумай, не убиваешь ли ты человека.

Для меня эта история — не просто страница учебника. Это боль. Когда я читаю «Я памятник себе воздвиг нерукотворный...», я понимаю, что эти строки написаны человеком, который знал, что его могут убить, но который верил в бессмертие своей души. И он оказался прав. Он жив, пока мы его помним, пока плачем над его стихами, пока перечитываем «Евгения Онегина».

Закончить я хочу простой мыслью. Пушкин не хотел умирать. Он хотел жить, творить, любить. Но он поставил честь выше жизни. И в этом его величие и его трагедия. Нам, потомкам, остается только беречь эту память, учиться у него благородству и делать всё, чтобы подобное не повторилось никогда. Чтобы гении не гибли от пуль, выпущенных пошлостью и злобой. Чтобы Слово всегда побеждало Свинец. И пока мы будем об этом помнить, душа Пушкина будет с нами.