В чем видел поэт свою заслугу перед литературой в стихотворении Державина «Памятник»

Каждый человек хочет оставить в мире свой след. Кто-то строит дом, сажает дерево, растит детей. А поэт? Что остается от него, кроме строчек на бумаге, которые могут истлеть, сгореть, быть забытыми? Этот вечный вопрос волновал многих творцов, но один из самых громких и уверенных ответов прозвучал в стихотворении Гавриила Романовича Державина «Памятник». Читая его, мы понимаем, что поэт видел свою главную заслугу не в красоте слога и не в славе при жизни, а в смелости говорить правду царям и народу на простом, человеческом языке.

Державин написал своего «Памятника» в 1795 году, подводя итоги своей творческой жизни. Уже тогда он был знаменитым поэтом, оды которого гремели на всю Россию. Но в этом стихотворении он говорит не о придворных успехах, а о чем-то более важном и вечном. С первых же строк он создает образ нерукотворного памятника, который «выше пирамид» и «метелов» (так в XVIII веке называли ураганы). Это сразу поражает воображение. Пирамиды – символ древней, почти невероятной власти фараонов, попытка победить смерть камнем. А памятник поэта оказывается выше и прочнее! Почему? Потому что он сделан не из камня, а из слова. И слово это бессмертно.

Но в чем же секрет этого бессмертия? Державин раскрывает его постепенно. Он пишет, что слава его будет расти «доколь славянов род вселенна будет чтить». То есть, пока будет жива русская нация, будут помнить и его стихи. Это очень смелое заявление, полное веры в силу родного языка и культуры. Однако поэт тут же объясняет причину такой долгой памяти. И причина эта – правда. «Истину царям с улыбкой говорить» – вот в чем он видит свою главную заслугу. В те времена, времена абсолютной монархии, сказать царю правду в лицо было делом опасным. Можно было легко оказаться в опале, лишиться чинов, а то и свободы. Державин же не просто говорил – он говорил «с улыбкой», то есть без злобы и рабского страха, но с достоинством гражданина и мудреца. В его знаменитой оде «Фелица» он, восхваляя Екатерину II, одновременно мягко иронизировал над пороками ее придворных. Он показывал идеал правителя, тем самым указывая на недостатки реальных властителей. Это была не криклива я оппозиция, а спокойное и твердое служение истине.

Вторая часть его заслуги – это умение видеть и показывать человеческое в самых высоких сферах. Он «приятным, здравым смыслом говорить о Боге» и мог «без прискорбства… о добродетелях Фелицы возгласить». Это значит, что он низвел высокую поэзию с небес на землю. До Державина русская поэзия, особенно ода, была очень торжественной, сложной, наполненной мифологическими образами. Она говорила о богах и героях на каком-то особом, недоступном простому человеку языке. Державин же осмелился писать о вере «здравым смыслом» – просто, ясно, без лишней мишуры. А в оде правительнице он сумел показать не богиню на троне, а живую, умную женщину с ее достоинствами. Он очеловечил поэзию, сделал ее ближе к жизни и сердцу каждого читателя. В этом был его художественный переворот.

Но поэт – не только советник царей. Он еще и голос народа, его защитник. И Державин с гордостью добавляет: «И правду брякнуть пред судьями с улыбкой». Здесь «судьи» – это не только literal судьи в суде, но и все те, кто осуждает, сплетничает, лицемерит. Поэт обещает говорить правду везде, где видит несправедливость. А самое главное – он говорит о милосердии: «И милость к падшим призывать». «Падшие» – это те, кто оступился, провинился, оказался в беде. В жестоком веке, где наказание часто было страшнее преступления, призыв к милости звучал как христианский и глубоко человечный поступок. Поэт берет на себя роль заступника, того, кто напоминает сильным мира сего о сострадании. Это делает его памятник не памятником личной славы, а памятником гуманности.

Интересно, как Державин описывает свое бессмертие. Он не ждет наград на земле. Напротив, он призывает свою Музу: «К бессмертью дух твой исправя, хвалу и клевету приемли равнодушно». Поэт знает, что его правдолюбие может вызвать и недовольство, и злобу («клевету»). Но истинный творец должен быть выше этого, должен служить только истине и искусству. А награда придет сама – в виде памяти потомков: «Рукой небрежной, не приметной тебя повсюду слава чтит». «Небрежная рука» – это образ времени, которое стирает все нарочитое и ложное, но сохраняет подлинное. Слава придет не как шумный успех при жизни, а как тихое, но вечное признание.

В конце стихотворения Державин обращается к самому себе, но уже как бы со стороны, называя себя по имени: «О муза! возгордись заслугой справедливой, И презрит кто тебя, сама тех презирай; Непринужденною рукой, неторопливой, Чело твое зарей бессмертия венчай». Эти строки полны спокойного достоинства. Он не суетится, не требует наград сейчас. Он уверен в своей «справедливой заслуге» и знает, что «заря бессмертия» – его неизбежный удел. Это не гордыня, а глубокое понимание выполненного долга.

Так в чем же все-таки видел Державин свою заслугу перед литературой? Если собрать все воедино, то получается целая программа настоящего поэта. Во-первых, это смелость быть правдивым с власть имущими, быть не льстецом, а честным советником. Во-вторых, это умение писать просто и ясно о сложных вещах – о вере, о добродетели, делая высокое искусство близким людям. В-третьих, это защита справедливости и призыв к милосердию, роль совести нации. И наконец, это служение самой поэзии, вера в то, что честное слово переживет века.

Державинский «Памятник» – это не просто стихотворение о себе. Это манифест новой русской поэзии, которая из служанки царей и праздников превращается в независимую силу, в голос правды и человечности. Он проложил дорогу таким гигантам, как Пушкин, который позже, взяв за основу идею Державина, напишет своего «Памятника» и добавит к заслугам еще и пробуждение «чувств добрых» и милосердие к «падшим». Но начало этой великой традиции – в твердых и ясных строках Державина.

Читая это стихотворение сегодня, мы понимаем, что «нерукотворный памятник» поэта действительно стоит прочно. Мы помним Державина не только по учебникам литературы. Мы помним его как человека, который в век всеобщего чинопочитания осмелился говорить то, что думает. Который показал, что поэт – это не украшение двора, а отдельная, важная часть мира, его моральный компас. Его заслуга перед литературой в том, что он поднял ее значение, сделал ее делом гражданским, человечным и по-настоящему бессмертным. И пока живет русское слово, пока ценится смелая и добрая мысль, этот удивительный памятник, воздвигнутый поэтом себе самому, будет лишь расти, уходя своей вершиной все выше пирамид и сильнее метелов.