Сочинение Почему комедия «Недоросль» актуальна до сих пор?

Стоял чудесный майский день, когда наш учитель литературы сказал фразу, от которой многие одноклассники скучливо закатили глаза: «Сегодня мы начинаем изучать комедию Дениса Ивановича Фонвизина «Недоросль». В голове сразу возникли картины чего-то древнего, пыльного, написанного непонятными словами про какие-то забытые нравы. Слово «недоросль» звучало как ругательство из старинной сказки. Я открыл книгу с предубеждением, ожидая скучного урока истории.

Но уже через несколько страниц что-то щелкнуло. Госпожа Простакова, кричащая на всех и каждого, ее муж, который только и делает, что повторяет: «При твоих глазах мои ничего не видят», их сын Митрофанушка, который в шестнадцать лет не желает учиться и только твердит: «Не хочу учиться, а хочу жениться»… И стало смешно. Но смех этот был странным – не легким и веселым, а каким-то горьковатым, узнаваемым. Казалось, я где-то уже видел этих людей. Не в париках и кафтанах, конечно, а в джинсах и кроссовках, но с точно таким же выражением лиц и мыслей в голове.

Фонвизин написал свою пьесу в 1782 году. Тогда в России царило крепостное право, образование было привилегией немногих, а мир дворянских усадеб часто жил по своим диким, грубым законам. Казалось бы, что общего у той эпохи с нашим временем, с интернетом, космическими кораблями и всеобщей грамотностью? Но, как это ни парадоксально, общее есть, и его очень много. Комедия «Недоросль» актуальна до сих пор, потому что Фонвизин бил не по временным модам или политическим системам, а по вечным человеческим порокам: глупости, лени, жестокости, лицемерию и слепой родительской любви, которая калечит детей.

Главный герой, Митрофанушка, – это, конечно, символ невежества и лени. Но разве сегодня исчезли люди, которые не хотят прикладывать усилий, чтобы что-то узнать? Его знаменитое «Не хочу учиться, а хочу жениться» можно легко перевести на современный лад: «Не хочу учиться, а хочу быть блогером» или «…получить высокооплачиваемую должность по знакомству». Митрофан – продукт системы, системы неправильного воспитания. Его мать, госпожа Простакова, душит его своей слепой любовью. Она считает его самым лучшим, самым умным, хотя он не может решить простейшую арифметическую задачу. Она потакает всем его капризам, ограждает от любого труда – и умственного, и физического. В итоге она выращивает эгоистичного, грубого и абсолютно бесполезного для общества человека. Узнаёте? Это же классический пример «маменькиного сыночка», которого и сегодня можно встретить в любом классе или дворе. Родители, которые делают за ребенка уроки, оправдывают его двойки, ругаются с учителями из-за каждой плохой оценки, – разве они не повторяют путь Простаковой? Они тоже растят «недоросля» – человека, не готового к самостоятельной жизни, привыкшего, что все блага падают к его ногам без усилий.

Но самое страшное в Простаковой – это ее лицемерие и сочетание дикой жестокости с нежностью к сыну. Она может избивать своих крепостных, грубить мужу и брату, но в следующий момент сюсюкать с Митрофанушкой. Она признает только силу и выгоду. Ее отношение к образованию просто гениально показано Фонвизиным: она нанимает учителей не для того, чтобы сын получил знания, а потому что так сейчас «модно» в высшем обществе. Сама она считает науки пустой забавой. «Без наук люди живут и жили», – заявляет она. А география? Зачем кузнецу знать географию, если есть, кому приказать? Это мышление рабовладельца, который видит в окружающих только инструменты для своих нужд. Увы, и сегодня немало людей, которые ценят других не за ум, доброту или талант, а за статус, связи и толщину кошелька. Которые считают, что образование нужно только для «корочки», а не для развития ума и души.

Рядом с этим миром невежества и самодурства Фонвизин выставляет своих положительных героев. Стародум, Правдин, Софья, Милон. Они говорят правильные, благородные слова о чести, долге, пользе отечеству, истинном воспитании. Их речи полны мудрости. «Имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время», – учит Стародум. Но признаться честно, в театральном действии они иногда кажутся менее живыми, чем мерзкие, но такие яркие и узнаваемые Простаковы. Зло у Фонвизина получилось колоритным, а добро – несколько книжным. Но в этом, наверное, и есть главная мысль: добродетель – это не громкие слова, а ежедневный труд души. И бороться с процветающим, энергичным невежеством очень трудно.

Финальная сцена, где Митрофанушка с легкостью отталкивает свою обожавшую его мать со словами: «Отвяжись, матушка, как навязалась…», – это страшная расплата. Это момент истины, когда вся система ложных ценностей рушится, и Простакова получает то, что посеяла. Она вырастила чудовище, которое пожирает ее саму. Это урок всем родителям во все времена: слепая любовь, лишенная разума и требовательности, – это яд. Она не созидает, а разрушает личность самого ребенка.

Так почему же «Недоросль» не пылится на полках как исторический курьез? Потому что вопросы, которые поднимает Фонвизин, никуда не исчезли. Проблема воспитания – как вырастить не просто обученного специалиста, а настоящего человека с широкой душой и твердыми принципами. Проблема невежества, которое, увы, не всегда связано с отсутствием диплома – можно иметь три высших образования и оставаться духовным «недорослем». Проблема власти денег и грубой силы над умом и культурой. Проблема лицемерия, когда в обществе говорят одно, а в частной жизни делают совершенно другое.

Читая «Недоросль», мы смеемся. Но этот смех, как назвал его сам писатель, – «смех сквозь слезы». Мы смеемся над карикатурными персонажами XVIII века, но в глубине души тревожно узнаем в них черты наших современников, а иногда, страшно сказать, и свои собственные слабости. Не заложен ли в каждом из нас маленький Митрофан, который хочет отложить трудное дело на завтра? Не говорим ли мы иногда, как Простакова: «Да зачем мне эта сложная математика (физика, литература), я ведь буду не математиком»?

Комедия Фонвизина – это как чистое зеркало, поднесенное к обществу. Меняются костюмы, технологии, политические системы, но человеческая природа меняется очень медленно. Глупость, лень, чванство, желание получить все без труда – эти «недоросли духа» будут существовать всегда. И поэтому пьеса, которая бичует эти пороки, никогда не устареет.

Закрыв книгу, я уже не думал о ней как о старинном артефакте. Я видел в Митрофанушке знакомого парня из соседнего подъезда, который бросает школу. В Простаковой – маму одноклассника, которая скандалила в кабинете директора из-за справедливой двойки. А в горьком уроке финала – предупреждение всем нам. Искусство, которое заставляет задуматься о вечных проблемах, и есть настоящее, великое искусство. «Недоросль» Дениса Фонвизина – именно такое. Она актуальна, потому что говорит на языке человеческих страстей и ошибок, который понятен любому поколению в любой точке мира. И пока будут существовать родители, слепо балущие детей, и дети, не желающие расти, имя Митрофанушки будет звучать как укор и напоминание: учтись, трудись, будь человеком.