Сочинение по поэме Н.В. Гоголя «Мертвые души». Тема: что смешного и грустного в поэме?

Когда читаешь поэму Николая Васильевича Гоголя «Мёртвые души», то сначала кажется, что это очень смешная книга. Мы улыбаемся, когда встречаемся с помещиками, которые словно сошли со страниц карикатурного журнала. Мы смеёмся над Маниловым, который так слащав и приторен, что его можно есть вместо варенья. Он целыми днями мечтает о чём-то возвышенном, но при этом не может даже закончить чтение книги на четырнадцатой странице. Мы хихикаем над Коробочкой, которая так боится продешевить, что готова продать души умерших крестьян, словно это конопля или мёд. Её страх перед неведомым рынком под названием «мёртвые души» так наивен, что кажется нелепым.

Ноздрёв — это вообще клоун. Он врёт с такой искренностью и страстью, что сам начинает верить в свои россказни. Его энергия, которая не находит выхода в полезных делах, бьёт через край, как шампанское из бутылки, которую он же и разбил. Собакевич — это медведь, переодетый в человека. Он так груб и приземлён, что даже души умерших крестьян оценивает как товар, расхваливая их плотницкие и сапожные таланты. И, наконец, Плюшкин — это «прореха на человечестве». Его жадность доведена до такого гротеска, что он собирает в кучу и ржавое ведро, и отломанную ножку стула. Сквозь его образ на нас глядит настоящий ужас, но пока что нам смешно: как можно дойти до такого?

И в центре всего этого карнавала — Павел Иванович Чичиков. Его афера с покупкой умерших душ, которые по ревизской сказке числятся живыми, кажется такой абсурдной, что мы невольно восхищаемся его изворотливостью. Он словно актёр, который меняет маски: с Маниловым он слащавый, с Коробочкой — настойчивый, с Ноздрёвым — угодливый. Наблюдать за его метаморфозами действительно забавно. Кажется, что вся Россия в этой поэме — один большой балаган, где каждый играет свою смешную роль.

Но чем дальше мы читаем, тем сильнее понимаем, что смех этот очень горький. Гоголь сам назвал своё произведение «поэмой», и это не случайно. Автор смотрит на своих героев не только как сатирик, но и как поэт, который глубоко страдает от того, что видит. Смешное вдруг оборачивается своей противоположностью. Мы перестаём смеяться, когда задумываемся: а что, собственно, происходит с этими людьми?

Самое грустное в поэме — это отсутствие жизни. Все эти люди мертвы не фигурально, а совершенно реально. У них нет души. Манилов не способен на настоящее чувство, его прекраснодушие — это просто поза. Коробочка живёт в мире вещей, где нет места для другого человека. Ноздрёв сжигает свою жизнь впустую, не оставляя после себя ничего, кроме скандалов. Собакевич воспринимает мир как кухню, где главное — набить желудок. А Плюшкин превратил себя в пыль, в копилку для мусора.

Но самое страшное — это Чичиков. Он не просто мошенник. Он — герой своего времени, человек, который весь свой ум и талант направил на приобретательство. Его цель — деньги. Ради них он готов на всё. И вот тут мы понимаем, что смех Гоголя — это «смех сквозь слёзы». Мы смеёмся, потому что не можем плакать. Если бы мы заплакали, то не смогли бы остановиться. Грусть поэмы в том, что Гоголь показал нам зеркало. В этом зеркале мы можем увидеть себя. Ведь каждый из нас иногда бывает немного Маниловым, мечтая о несбыточном. Или Коробочкой, цепляясь за старые привычки. Или даже Чичиковым, гонясь за успехом забывая о том, что есть вещи важнее денег.

В «Мёртвых душах» смех и грусть сплетены воедино. Мы смеёмся над тем, как Чичиков пытается убедить Собакевича продать души, а грустим от того, что человеческое в людях умерло. Мы смеёмся над балом, на котором собирается «свет», а грустим от того, что эти люди не видят дальше своего носа. Самая большая грусть поэмы — это грусть автора по идеальной, живой, настоящей Руси. Гоголь хотел написать второй и третий том, где его герои должны были пройти через очищение. Но он так и не смог этого сделать. Потому что, чтобы написать о возрождении, нужно было сначала самому найти ту живую душу, которую он искал.

И вот что остаётся в финале: знаменитый образ «птицы-тройки», несущейся вдаль. Этот образ полон невероятной силы и красоты. Но куда она мчится? Кто сидит в этой тройке? Чичиков? Или это сама Россия, которая бежит от себя самой? Этот вопрос остаётся без ответа. И в этом тоже заключена грусть «Мёртвых душ». Мы видим, что у России есть огромный потенциал, но он связан, словно богатырь, который спит. А пока он спит, по дорогам ездят Чичиковы, а помещики торгуют пустотой.

Поэма Гоголя учит нас одному важному: самое страшное, что может случиться с человеком, — это потерять свою душу. И если мы, читая книгу, смеёмся, то это хорошо. Но если мы смеёмся и не чувствуем горечи, значит, и в наших сердцах завелась та самая «мёртвая душа». А значит, книга написана не зря.