Сочинение Народ и Россия в «Истории одного города»

В русской литературе есть книги, которые, кажется, говорят о чём-то далёком и странном, но чем больше в них всматриваешься, тем больше узнаёшь знакомые черты. «История одного города» Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина — именно такая книга. На первый взгляд, это смешная и даже нелепая хроника вымышленного города Глупова и его невероятных градоначальников. Но за этой шутливой маской скрывается очень серьёзный и грустный разговор о России и её народе. Писатель, как опытный врач, ставит диагноз, исследуя две главные силы истории: тех, кто управляет, и тех, кем управляют.

Город Глупов — это не просто точка на карте, это целый мир, уменьшенная модель огромной страны. А его жители, глуповцы, — это собирательный образ русского народа. Какими же видит их автор? Прежде всего, они невероятно терпеливы и выносливы. Каких только правителей им ни посылала судьба! Тут и Органчик, у которого в голове вместо мозгов механизм, играющий только две фразы: «Разорю!» и «Не потерплю!»; и Прыщ с фаршированной головой; и Угрюм-Бурчеев, мечтающий превратить весь город в идеальную, мёртвую казарму. Глуповцы страдают от голода, пожаров, бессмысленных приказов, но они продолжают жить, работать и надеяться. В этой надежде и терпении есть что-то великое, истинно народное, что позволяло России выстоять в самые трудные времена.

Но Салтыков-Щедрин показывает и другую сторону этой покорности — пассивность, слепую веру в начальство и нежелание взять свою судьбу в собственные руки. Глуповцы часто напоминают детей: они ждут, что новый градоначальник будет «папой», который наконец-то их пожалеет и наведёт порядок. Они способны на бунт, но этот бунт бессмысленен и жесток, как в эпизоде с «голодным бунтом», когда они, вместо того чтобы требовать хлеба, колотили друг друга. А после любого наказания они быстро успокаиваются и снова готовы ликовать при виде нового правителя. Писателю больно видеть эту «историческую инертность», эту готовность мириться с любым абсурдом, лишь бы не брать на себя ответственность.

Именно на эту народную почву падают семена глуповского начальства. Градоначальники в книге — это не просто злодеи, это воплощение разных болезней власти. Они абсурдны, ужасны и смешны одновременно. Важно, что Щедрин почти не показывает среди них умных или добрых правителей. Власть в Глупове — это всегда что-то инородное, чудовищное, не связанное с заботами простых людей. Брудастый с органчиком в голове символизирует бездумное, механическое управление. Фердыщенко, начавший с «простоты», а закончивший разгулом и голодом, — это образ развращённой власти, забывшей о долге. Угрюм-Бурчеев — это страшная утопия тотального контроля, где всё живое должно быть уничтожено ради призрачного «порядка».

Самое страшное, что между народом и этими правителями существует странная, неразрывная связь. Глуповцы не просто страдают от градоначальников — они их порождают. Их молчаливое согласие, их готовность подчиняться самой безумной воле и есть та почва, на которой расцветает глуповская власть. Каждый новый правитель приходит не извне, а как бы вытекает из самой сути глуповской жизни. Народ ждёт чуда, а получает фаршированную голову. Но и после этого он не делает выводов. В этом — главная трагедия, которую показывает Щедрин.

Однако было бы ошибкой думать, что писатель видит в народе только темноту и покорность. Нет, сквозь строки сквозит огромная любовь и сострадание к нему. Глуповцы — это не глупцы в прямом смысле. Они трудолюбивы, они умеют радоваться, они сохраняют в себе человечность даже под гнётом самых жестоких режимов. Их история — это история страданий, но и история выживания. Щедрин оплакивает их судьбу, но и сердится на них, как сердятся на близкого человека, который не хочет понять очевидного. Он верит, что в этом народе таятся огромные силы, но они спят, скованные вековыми цепями страха и привычки.

Финал книги загадочен и многозначен. Появление «Оно» — некоего неописуемого ужаса, который сметает Угрюм-Бурчеева и весь Глупов, можно понимать по-разному. Возможно, это символ народного гнева, который, накопившись, вырывается наружу в слепой и разрушительной стихии. А может быть, это образ самой истории, которая в конце концов наказывает и тиранов, и тех, кто слишком долго их терпел. Но важно, что после «Оно» история не заканчивается. Она продолжается. И в этом — намёк на возможность перемен, на то, что когда-нибудь глуповцы, то есть русский народ, проснутся от долгого сна.

«История одного города» — это не насмешка над Россией. Это горькое и честное письмо самому себе, своей стране, своему народу. Щедрин использует сатиру как зеркало, в котором отражаются наши общие болезни, чтобы мы могли их увидеть и вылечить. Он показывает, что судьба страны — это не только воля правителей, но и выбор каждого её жителя. Пока народ готов мириться с абсурдом, этот абсурд будет править бал. Но как только в нём просыпается чувство собственного достоинства и разума, всё может измениться.

Читая эту книгу сегодня, поражаешься, насколько она современна. Ведь и сейчас иногда кажется, что вокруг происходят какие-то «глуповские» события, а люди реагируют на них с привычной глуповской покорностью или таким же бестолковым бунтом. Щедрин учит нас главному: нельзя быть пассивным наблюдателем собственной истории. Народ и власть неразделимы, они создают друг друга. И чтобы Россия стала страной не «глуповцев», а умных, свободных и ответственных граждан, начинать нужно с себя — с умения думать, с нежелания мириться с несправедливостью, с мужества брать ответственность за свой дом, свой город, свою страну. В этом, мне кажется, и заключён главный, очень глубокий и очень нужный урок «Истории одного города»