Когда читаешь А. П. Чехова. Сочинение-размышление

Чехов для меня – это всегда открытие. Я беру в руки томик его рассказов, и мир вокруг словно замирает. Сначала кажется, что ничего особенного не происходит: какие-то люди, разговоры на веранде, описание степи, скука за чаем. Но проходит несколько страниц, и я начинаю чувствовать, как улавливаю музыку «тихой» жизни. Чехов не гремит, не кричит, не наказывает своих героев. Он просто показывает их такими, какие они есть, и от этого становится горько и светло одновременно. Когда читаешь его, в первую очередь поражает отсутствие злодеев. Нет никого, кого можно было бы назвать «плохим». Есть просто люди, запутавшиеся в своих желаниях, боящиеся жизни или, наоборот, отчаянно пытающиеся вырваться из её плена. Помните Ионыча из одноимённого рассказа? Врач Старцев, молодой, полный надежд, постепенно превращается в грубого, жадного обывателя. Чехов не размахивает обличительным перстом, он просто описывает его путь: как он полнел, как ему становилось лень выходить из коляски, как он любил пересчитывать деньги. Ужас не в том, что его сломали обстоятельства, а в том, что он сам, незаметно для себя, выбрал эту спокойную, сытую, но пустую жизнь. И я, читая, ловлю себя на мысли: «А не так ли и я поступаю? Не выбираю ли я лёгкий путь там, где нужно бороться?» Чехов умеет задавать такие вопросы, от которых внутри всё сжимается.

Его герои часто говорят о будущем. «Через двести, триста лет жизнь будет прекрасна!» — восклицают они в «Вишнёвом саде» и в «Трёх сёстрах». Но что-то мешает им сделать эту прекрасную жизнь сейчас. Они мечтают о Москве, но остаются в провинции. Собираются спасать лес, но не могут договориться. Это самое грустное у Чехова: несоответствие между высокими мечтами и жалкой действительностью. Казалось бы, герои интеллигентны, тонки, но они абсолютно безвольны. Они не умеют работать, не умеют любить, не умеют быть счастливыми здесь и сейчас. И читая, я часто злюсь на них: «Ну возьмите и сделайте! Встаньте и идите!» Но потом понимаю, что Чехов показывает мне мои собственные слабости. Ведь сколько раз я сам откладывал важное дело на завтра, говорил «всё образуется» и плыл по течению? Чехов — это зеркало, в котором видно не только лицо, но и душу, со всеми её трещинами и потемками.

А есть у него совсем короткие рассказы-жемчужины, которые не отпускают днями. «Смерть чиновника» или «Тоска». Казалось бы, смешная история: чихнул на лысину генералу. Но за этим стоит такой ужас человеческого самоуничижения, такой страх перед «вышестоящим», что смех застревает в горле. Или рассказ про извозчика Иону, которому некому рассказать о смерти сына. Он пытается поведать свою боль седокам, но всем не до него. И в конце он вынужден рассказать всё лошади. Читая это, чувствуешь такую тоску и одиночество, что хочется выть. Чехов гениален тем, что в маленьком происшествии показывает огромную трагедию. Он не пишет про войны и катастрофы, он пишет про неуслышанность, одиночество человека среди шумной толпы. И это страшнее любой войны.

Но Чехов — это не только боль и тоска. У него есть удивительный свет. Особенно в его поздних рассказах, таких как «Студент» или «Архиерей». В «Студенте» главный герой, возвращаясь с охоты, рассказывает простым женщинам историю из Библии — про отречение апостола Петра. И вдруг понимает, что и тогда, две тысячи лет назад, и сейчас, в этот тихий вечер, люди страдают и плачут одинаково. А значит, всё не зря, значит, есть связь времён, есть правда и красота. И на душе у героя (и у меня, читателя) становится невероятно радостно. Чехов утверждает, что несмотря на всю грязь, скуку, серость жизни, в ней есть высший смысл. Этот смысл — в правде, в сострадании, в умении видеть другого человека.

Когда читаешь Чехова, учишься вниманию. Учишься видеть не только события, но и подтекст, то, что скрыто за словами. Понимаешь, что человек может говорить одно, а чувствовать совершенно другое. Чеховская фраза «Ничего не поделаешь...» звучит у него по-разному: то как смирение, то как отчаяние, то как мудрость. Он учит нас быть снисходительнее к чужим слабостям, но строже к собственным. Он не даёт готовых рецептов счастья, он просто говорит: «В человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли». И эта планка, которую он ставит, — самая высокая.

Закончив чтение, я закрываю книгу и долго сижу молча. В голове тихо. Хочется оглянуться вокруг, увидеть улыбку мамы, прислушаться к тому, о чём говорит друг, заметить, как падает лист с дерева. Чехов не развлекает, он отрезвляет. После него не хочется суетиться, хочется быть настоящим. Он, как врач, ставит диагноз нашему времени, нашему обществу, каждому из нас. И рецепт его прост и сложен одновременно: нужно жить по совести, работать, не бояться страдания, любить жизнь и уважать в каждом человеке личность. Наверное, поэтому его и называют «певцом сумерек русской жизни», что он видел её недостатки, но страстно верил в её будущее. И я, читая его, начинаю верить тоже. Читать Чехова — значит становиться немного старше и немного мудрее. Это не просто литература, это школа жизни, где самый главный урок — быть человеком.