Сочинение Юшка Андрей Платонович Платонов

Маленький городок, где я живу, похож на многие другие. У нас есть главная улица с магазинами, старая церковь с зеленой крышей, парк, где дети играют летом, и завод, от которого по утрам идет густой дым. А еще у нас был Юшка.

Юшка работал на том заводе помощником кузнеца. Он был совсем не похож на других людей. Слабый, худой, с седыми волосами на молодом еще лице. Он выглядел старым, хотя был не стар. Говорил тихо и медленно. И глаза у него были странные: влажные, словно постоянно полные какой-то невысказанной печали или, наоборот, тихой радости. Он носил всегда одно и то же: старый пиджак, заправленный в штаны для работы, и сапоги, которые казались слишком большими для его тонких ног.

Дети, когда видели его, кричали: «Юшка идет!» Они бежали к нему, чтобы дразнить. Бросали в него камни, ветки, комья земли. Они толкали его, кричали, чтобы он ответил им. Но Юшка почти никогда отвечал. Он только терпел. Иногда он говорил им: «Что вы, родные мои, что вы, маленькие?» Но дети не понимали этих слов. Они думали, что он глупый, что он не может дать сдачи, и это делало их еще более смелыми и жестокими.

Взрослые тоже не любили Юшка. Они говорили ему: «Чего ты ходишь тут, блажной? Земля-то тебя носит за что?» Они считали, что такой слабый и странный человек не должен быть среди них. Он нарушал их представление о мире, где все должны быть сильными, говорить громко, работать быстро. Юшка нарушал этот порядок. Он был как тихий остров в бурном потоке, и поток этот стремился сокрушить остров.

Но самое странное было то, что Юшка никогда не злился. Он принимал все это как что-то естественное. Как будто камни и слова были частью его жизни, которой нельзя избежать. Он даже говорил детям: «Вы, должно быть, любите меня?» Дети, конечно, не любили его. Они не понимали этой любви. Они думали, что любовь должна быть яркой и горячей, а у Юшка она была тихой и холодной, как родниковая вода.

Я помню, как однажды летом я сам был среди тех детей. Мы загородили ему дорогу и начали кричать. Он остановился и посмотрел на нас своими влажными глазами. Тогда я, желая показаться самым смелым, бросил в него довольно крупный камень. Камень ударил его в грудь. Юшка пошатнулся, сел на землю и начал кашлять. Я ожидал, что он наконец рассердится, кричит на нас. Но он просто сидел, кашлял, а потом сказал: «Вам, должно быть, весело?» Мы не ответили. Нам вдруг стало невесело. Мы чувствовали себя не победителями, а какими-то темными существами, которые сделали что-то неправильное. Мы тихо разошлись.

Тогда я начал задумываться: почему он так себя ведет? Почему не защищается? Мой отец, когда я спросил его, сказал: «Он блажной. Бог его обидел умом. Не думай о нем». Но я не мог не думать.

Однажды я узнал, что Юшка каждый год уходит из нашего города. Он исчезает летом и возвращается только к осени. Все думали, что он идет в деревню к какой-то родне или просто бродит по миру, как странник. Но я случайно узнал правду.

Я шел по лесной дороге за городом и увидел Юшка. Он сидел на обочине и ел сухой хлеб. Я спрятался в кустах, чтобы наблюдать. Он был один. Но на его лице была улыбка — нежная и светлая, которую я никогда не видел в городе. Он смотрел на поле, на цветы, на лес, и глаза его были полны такой глубокой любви, что мне стало почти стыдно наблюдать. Это была его настоящая жизнь, жизнь без камней и криков.

Позже я узнал от старой женщины, которая жила рядом с его маленьким домишком, куда он ходил каждый год. Он отправлялся в другой город, совсем далекий. Там, в большом городе, жила девушка. Она была не родственницей, а просто девочкой, которую он однажды встретил и которой решил помогать. Эта девушка была сиротой, плохо видела и хотела учиться. Юшка отвозил ей все деньги, которые он зарабатывал на заводе. Он жил в нашем городе впроголодь, носил старую одежду, терпел издевательства, чтобы собирать эти деньги для нее. А в том городе он нанимал для девушки комнату, покупал ей книги и одежду, платил за ее учебу. Он делал это тихо, без слов, как делал все в своей жизни.

Когда я узнал это, мир перевернулся для меня. Все, что казалось странным и неправильным в Юшка, стало ясным. Его терпение, его мягкость, его странная любовь к детям, которые его били — все это было не слабостью, а огромной силой. Силой любви, которая не требует ничего взамен. Он видел в этих детей не злых существ, а просто детей, которые не знают, как выразить свою энергию, свою жажду жизни. Он принимал их удары как часть их роста, как непонятную им потребность касаться мира, даже грубо.

Его незлобивость к взрослым тоже стала понятной. Он видел, что их грубость и насмешки — это часто страх. Страх перед тем, кто не такой как они, страх перед своей собственной слабостью, которую они прячут под громкими словами и сильными руками. Юшка не боролся с ними, потому что не видел в этом смысла. Он боролся за что-то другое — за будущее той девушки в далеком городе.

И тогда я понял самое главное: Юшка был счастлив. Несмотря на всю свою боль, болезни, унижения — он был счастлив внутри. У него было огромное, светлое дело — помогать другому человеку расти, учиться, видеть мир. Его маленькая, убогая жизнь в нашем городе была лишь оболочкой, тенью. Его настоящая жизнь была там, в той любви, которую он отдавал без остатка.

Но город не мог понять этого. Город требовал, чтобы каждый был понятным, простым, чтобы все силы были видны на поверхности. Юшка прятал свою силу глубоко внутри, и это раздражало всех.

Трагедия произошла, когда однажды Юшка, чувствуясь особенно плохо из-за своей болезни — у него было что-то с грудью, он часто кашлял — ответил на издевательства одного прохожего. Этот человек, сильный и здоровый, начал кричать на Юшка, почему он ходит такой бледный и смущает людей. Юшка, вероятно впервые, ответил. Он сказал что-то о том, что если он родился, то значит, это нужно миру. И что все люди равны в своем праве жить.

Прохожий не ожидал ответа. Он рассвирепел и ударил Юшка. Ударил сильно. Юшка упал и больше не встал. Он умер там, на улице, среди людей, которые никогда его не понимали.

Когда Юшка умер, город сначала не заметил этого. Потом заметили, что стало тише. Но эта тишина была не от отсутствия чего-то, а от присутствия пустоты. Пустоты, которую Юшка заполнял своей странной, молчаливой жизнью.

А потом пришла девушка из того далекого города. Она пришла, чтобы найти Юшка. Она была уже взрослой, училась на врача. Она узнала, что он умер, и пришла на его могилу. Она была красивой, с ясными глазами, хотя зрение ее было слабым. Она рассказала всем, кто стал вокруг, кто был Юшка. Рассказала о его помощи, о его любви, о его ежегодных путешествиях.

Тогда город понял. Но понял слишком поздно. Люди стояли и слушали, и на многих лицах было чувство стыда и боли. Они понимали, что били, унижали и убили не «блажного», не «ненужного» человека, а того, кто был, возможно, самым нужным среди них. Того, кто нес в себе чистую любовь, не требующую ничего.

Девушка осталась в нашем городе. Она стала врачом и начала работать в больнице. Она лечила всех, особенно детей. Она говорила мягко и тихо, как Юшка. И когда дети, которые раньше бросали камни в Юшка, приходили к ней, она смотрела на них с той же влажной, глубокой любовью. Она стала продолжением Юшка, его воплощенной благодарностью миру.

Теперь, много лет спустя, я думаю о Юшка. Я понимаю, что его жизнь была уроком для всех нас. Уроком о том, что сила может быть тихой, что любовь может быть безмолвной, что смысл жизни может быть скрыт глубоко внутри, как жемчужина в грубой раковине.

Мы часто думаем, что добрый человек должен быть ярким, говорить красивые слова, делать великие дела на виду. Юшка показал, что доброта может быть ежедневной, терпеливой, незаметной. Она может заключаться в том, чтобы просто принимать мир со всей его грубостью и отвечать на нее не грубостью, а внутренним светом.

Его история научила меня видеть людей глубже. Не оценивать их по одежде, по силе, по словам. За грубой внешностью, за странным поведением может скрываться целый мир любви и смысла. И этот мир может питать других людей, как питал он ту девушку, которая стала врачом.

Юшка умер, но он не исчез. Он остался в памяти города как легенда, как тихое напоминание о том, что мы часто бываем слепы. Он остался в делах той девушки, которая лечит людей. Он остался в каждом из нас, кто помнит его и старается быть немного более терпеливым, немного более внимательным к тем, кто выглядит странным или слабым.

Я иногда проходим мимо его маленького домишка, который теперь стоит пустой. И я думаю: вот в этом маленьком, убогом доме жил человек с огромной, широкой души. Душа, которая могла вместить любовь к целому миру, даже к тем, кто его бил.

Писать о Юшка трудно, потому что слова часто слишком грубы для такой тонкой материи, как его жизнь. Но я пытаюсь. Пытаюсь передать то, что понял: что каждый человек — это целый мир. И иногда этот мир так глубоко спрятан, что нужно быть очень внимательным, чтобы увидеть его. Юшка научил меня этой внимательности.

И теперь, когда я вижу человека, которого другие считают странным или ненужным, я стараюсь остановиться и задуматься: кто он? Что он несет внутри? Возможно, внутри него тоже есть такая жемчужина, такая тихая любовь к миру, как у Юшка. И если мы будем бить его камнями наших слов и нашего непонимания, мы можем никогда не увидеть этой жемчужины, можем убить ее, как убили Юшка.

Сочинение подошло к концу, но мысли о Юшка не кончаются. Они остаются с меня, как остался он сам в памяти нашего маленького городка. Городок продолжает жить: завод работает, дети играют в парке, взрослые говорят громкие слова. Но теперь в этом городке есть тихое место — память о человеке, который любил мир без слов. И эта память, как тихий родник, питает нас, делает нас чуть лучше, чуть более человечными.