Сочинение Тема «мертвой» и «живой» души в поэме Н. В. Гоголя

Когда читаешь поэму Гоголя «Мертвые души», сначала думаешь, что это просто смешная история про ловкого афериста Чичикова, который скупает умерших крестьян. Но чем дальше вчитываешься, тем страшнее становится. Потому что на самом деле Гоголь написал не про крестьянские души, а про нас с вами. Про то, как человек может быть живым по паспорту, но мертвым внутри. И это страшнее любых призраков.

Главная загадка поэмы скрыта в ее названии. Гоголь играет словами: для чиновников того времени «мертвая душа» — это просто юридический термин, крестьянин, который числится в ревизской сказке, но уже умер. Чичиков покупает эти «души» как товар, как пустое место, чтобы заложить их в банк и получить деньги. Но по ходу повествования мы понимаем, что настоящие мертвые души — это вовсе не умершие крестьяне. Это живые помещики, которых встречает Чичиков. У них есть тело, они едят, спят, копят деньги, но их души давно усохли, омертвели, превратились в пустую оболочку.

Вглядитесь в эту галерею уродов. Манилов — слащавый мечтатель, который годами сидит на крыльце, мечтая о подземном ходе или каменном мосте. Он книгу читает уже два года на четырнадцатой странице. Его душа — это сладкая каша, из которой ничего не вырастает. Как можно назвать такую душу живой? Она вроде есть, но она вся в пустых фантазиях, в пыли и скуке. Коробочка — «дубиноголовая» хозяйка, которая видит в мире только цены на мед, пеньку и мертвые души. Ее душа заперта в сундуке, она боится всего нового, она — это механизм для набивания мешков деньгами. Ноздрев — буйный враль, человек-фейерверк, который не может усидеть на месте, но его активность — это пустота. Он меняет все на все, врет без остановки, но в конце остается ни с чем. Его душа — это вечный праздник, который никого не делает счастливым.

Особенно страшен Собакевич. Он похож на «средней величины медведя», все его вещи прочные, тяжелые, грубые. Он — человек-кулак, который думает только о желудке и о выгоде. Даже мертвых крестьян он нахваливает, как вещи — кучера Михеева, плотника Степана. Он видит в мире только материю и деньги, а душа для него — это вздор. И, наконец, Плюшкин — это уже не человек, а «прореха на человечестве». Он потерял все: семью, дом, человеческий облик. Его имение гниет, а он сам похож на нищего, хотя у него тысячи душ. Его душа умерла так давно, что он даже не помнит, каково это — быть живым. У этих помещиков нет ни любви, ни жалости, ни способности к раскаянию. Они — живые мертвецы, ходячие оболочки. И самое страшное, что они не чувствуют своей мертвенности. Они считают себя нормальными.

Но есть в поэме и «живые души». Удивительно, но это те самые умершие крестьяне, которых скупает Чичиков. Пока помещики гниют заживо, мертвые мужики в рассказах Собакевича и в размышлениях Чичикова оживают. Мы узнаем о них по именам, по ремеслам, по характерам. Каретник Михеев, который никогда не брал лишнего. Пробка Степан, богатырь, ходивший с топором за поясом. Милуй-не-пей! — мужик, который не пил и трудился. Даже беглые крестьяне Плюшкина, которые сбежали от такой жизни, сохранили в себе силу, смекалку, волю. Они ушли, чтобы жить. В этих эпизодах Гоголь дает нам понять, что настоящая жизнь, настоящая душа — в труде, в таланте, в свободе. Даже если эти люди умерли физически, их душа осталась жить в памяти. Они создавали, строили, пахали — они оставили след. В этом и есть главный гоголевский парадокс.

А что же Чичиков? Он главный покупатель мертвых душ, но жива ли его душа? С одной стороны, он не спит в грязи, как Плюшкин, не врет, как Ноздрев. У него есть цель, энергия, хитрость. Но его душа тоже мертва, потому что у него нет любви, нет друзей, нет дома, нет детства, которое он мог бы вспомнить с теплотой. Его единственная страсть — накопление. Он движется, но все его движение — это бег по кругу. И Гоголь намекает нам, что Чичиков может стать еще страшнее, чем помещики, если не одумается. В третьем томе поэмы (который Гоголь сжег) должна была произойти очистка души Чичикова. Но нам остается только гадать, смог бы он стать живым.

Главный урок «Мертвых душ» в том, что душа не дается автоматически с рождением. Ее можно потерять, если не беречь, если жить только для себя, если копить мертвые вещи, если врать и притворяться. Гоголь — это не просто сатирик, который высмеивает помещиков. Это проповедник, который кричит: «Опомнитесь! Вы же живые! А ведете себя как трупы!». Поэма заканчивается знаменитым образом «Русь-тройки», которая летит вперед. Куда она летит? Неужели к тем же самым Собакевичам и Ноздревым? Гоголь оставляет надежду. Он верит, что в России есть живые души, которые поднимут ее, что «птица-тройка» — это душа народа, которую не убить никакими ревизскими сказками. И эта надежда — последнее, что осталось у автора. Потому что без живой души, без совести и любви, все наши тройки и быстрое движение — это просто бег в никуда.