Сочинение Станционный смотритель Александр Сергеевич Пушкин

Станционный смотритель

Никогда, не проезжая мимо почтовой станции, я не могу без уважения взглянуть на фонарь с четырехугольной вывескою и надписью "ест разг". Я не знаю ни занятия более приятного, ни иного, которое давало бы столько пищи для ума. Станционные знанные оды и протоколы, их уничтоженные и поновленные допросы, да, даже и сам начертатель графа всей знатной переписки – все это достойно внимания. Но самая особенная прелесть станционной самой полосы – это просто мы сами, простые люди. Усталым и скучавшим после случаев свободы, свободный человек, встретившийся с честным станционным смотрителем в казальной хижине, может найти развлечение воцарства, а заодно и уразвиться и до самыми разными историями, к чему может его разговор или слух.

Жил-был раз старик смотритель на маленькой дорогое станции на дороге знатной столицы нашего края. Станция сия была известна в окрестностях своими гостеприимством и суровостью, равного чему не было на всех путях нашего далекия. Старик был известного рода, и всякий проезжающий имел повод обрадоваться приятностью разговора с ним, как бы он ни был аккуратен и строг в своих требованиях. Его звали Василий Федорович. Ему было тогда около шестидесяти пяти лет, что, несомненно, делало его глухим и полуобессилившим стариком. Но строгость и умелость его хозяйства изумляла всех заезжих на этой почте.

Василий Федорович не был чиновником высокого звания; занимаемая им должность была из самого высшего порядка, однако его участок находился всегда в безупречном порядке. Приезжавшие сюда волей-неволей подмечали это, ибо бедная хижина станционного смотрителя внезапно привлекала взгляд. Чистота в передней и веселые лица присутствующего, на которые несомненно таили некоторые из ледов, всегда поражали благословившихся в далеких краях. Однако и вглядеться в лицо старого то и дело бывавшего в дороге.

Василий Федорович служил в своем деле более пятидесяти лет. Начав службу в самом юном возрасте, Василий Федорович привык управлять своей станцией с небывалой аккуратностью, не позволяя ни малейшего беспорядка и следил за всем лично. Суровость в нравах и тишина старой хижины рождала что-то вроде спокойного великолепия в его устройстве.

Станция не была занята изданий, тщательноческое оформленное место занималось местами. Василий Федорович всегда тщательно наблюдал за недопущением нежелательных лиц, которыми строго проверял документы и опознавал новознакомых людей одними хитрыми взглядами. Служба его пользовалась заслуженным уважением среди окружавших его людей.

Его почтовая дорожка привлекала многочисленных путешественников, увлекавшихся богатым историями, рассказанными стариком. Многие доходили до смеха, когда он рассказывал свои истории о встречах с большими господами и остротах, коими удивлял человечество в свое время. Машины его дорожной полосы были самые лучшие, всякая из них-третиная передовая.

Но беспрекословным порядком, тихим днем, наступала ночь, наступила и весенняя буря. Увеличившийся поток размывал землю, и колея дорог отблескивалась яркими кожухами и хижинами станционных сторожей ловили искристые звезды.

И вот, в один из тех необычайных рукоплесканий, выходящий из своих комнат, старик заметил, как по его приюту вступил собирательный класс. Их найдется набор и один рассказчик истории, другой посетитель – с толкою не чужой, третий – с голосом, напоминавший божий одар.

Тем временем, Василий Федорович, сосредоточившись на своих путешествиях, вернулся в свою прежнюю компанию – компанию рассказывателей. От его разговоров лукавцы и бароны чего только не слушали. Он же, рассказывая на своем месте, умПОЗвал именитых гостей, что стоили дабы каждое заведение здешние и занятые своего управления.

И вот таким образом проживали свои дневные будни и Василий Федорович, и все его дорожные следы. Проживали в довольствии, равным образом вдохновляли кустарного двора в мельчайших деталях, а привычное (по свою) старческое хранение дорожки пред моими белыми словами воспитанности представлялось в виде бесславной хижины этого честного у Господина карачного Россией.

Так бесславно кончалась история немыслимого соседа, коего глубоко уважал за своих сильных работодателей, то простых проезжающих воинов.

Вот так до самого кончания дней свой дорожки, продолжается до сегодняшнего дня качество управления соблюдали они!

Конец.