Сочинение Подвиг командира мотострелкового взвода, получившего ранение

Когда я думаю о подвиге, мне почему-то всегда представляется нечто огромное и громкое. Взрывы, знамена, громкая музыка. Но в тот день я понял, что настоящий подвиг — это когда ты просто продолжаешь делать свое дело, даже если рука висит плетью и во рту вкус крови. Это история про моего дядю, хотя он никогда не любил о ней рассказывать.

Лейтенант Сергей, тогда еще совсем молодой командир мотострелкового взвода, попал в самое пекло. Это была не учебная тревога, а настоящий бой. Их рота попала в засаду в узком ущелье. Сначала было просто страшно. Грохот стоял такой, что, казалось, лопнут перепонки. Крики «К бою!» смешались с воем мин. Дядя Сережа, как рассказывали его солдаты, в первые секунды даже растерялся. Он потом сам признавался: «Я хотел просто вжаться в землю и закрыть голову руками. Мне было двадцать два года, и я ужасно боялся».

Но страх длился недолго. Он увидел, как упал его радист, как заклинило пулемет на правом фланге, и как пехота противника начала обтекать их позиции. Вот тут и проснулся командир. Он выскочил из-за камня, и его голос, злой и охрипший, перекрыл шум боя. Он не читал нотации, он просто начал действовать. Он сам бросился к пулемету, который замолчал, и, помогая раненому расчету, наладил стрельбу.

Это был первый миг его подвига. Он не думал о том, что его могут убить в любую секунду. Он думал о том, что если он сейчас не встанет, то погибнут все. И он встал. В этот момент осколок гранаты, взорвавшейся рядом, вошел ему в плечо. Боль была дикая, рука повисла, как чужая. Кровь хлестала, пропитывая гимнастерку. Солдаты закричали: «Командира ранило!». Но он не упал.

Он сделал то, что кажется невозможным. Он левой рукой (правую он уже не чувствовал) вытащил пистолет и продолжал руководить взводом. Он не отошел в тыл, не перевязался даже. Он просто рычал от боли и отдавал команды. «Левофланговые, огонь!». «Санинструктор, к третьему!». Он стоял между жизнью и смертью своих солдат, как скала. Его пример оказался заразительнее любых приказов. Солдаты, видя, что командир, истекая кровью, не прячется, а дерется, стали сражаться с утроенной силой.

Самый страшный момент наступил, когда они остались без боеприпасов. Патроны были на исходе. И тут лейтенант, зажимая рукой рану, которая уже не просто болела, а горела огнем, принял решение. Он приказал отходить по оврагу, но сам остался прикрывать отход с пулеметом, который уже не мог как следует удерживать. Он стрелял короткими очередями, перенапрягая раненое тело, теряя сознание на несколько секунд, но снова приходя в себя от собственной боли.

Когда последний солдат скрылся в спасительной ложбине, дядя Сережа попытался ползти сам, но силы оставили его. Он потерял сознание, и его вытащил, рискуя жизнью, его же пулеметчик. В госпитале хирурги собрали ему плечо по кусочкам. Он выжил. Но главное — выжил его взвод. Из тридцати человек погибли только трое. В той ситуации, в той мясорубке это было чудом, которое совершил он — обычный, перепуганный, но очень ответственный парень.

Я часто спрашивал дядю: «Как ты решился?» Он усмехался и говорил: «Никак не решался, дурак. Некогда было решать. Надо было делать. Это сейчас я понимаю, что это был подвиг. А тогда — это была просто работа. Самая грязная и тяжелая работа на свете. Страшно было не умереть. Страшно было подвести пацанов, которые на меня смотрели».

Долгое время я не мог понять глубину этих слов. Мне казалось, что подвиг — это что-то красивое, про героев с плакатов. А оказалось, что это — грязь, кровь, боль, страх и дикое, нечеловеческое усилие над собой. Это когда у тебя оторвало руку, а ты все равно думаешь не о себе, а о тех, кто справа и слева. Это когда ты, истекая кровью, продолжаешь командовать, потому что если ты упадешь, упадут и они.

И сейчас, когда я пишу это сочинение, я понимаю, что настоящий герой — это не тот, кто не боится. А тот, кто боится так, что живот сводит, но все равно встает и идет вперед, принимая огонь на себя. Мой дядя, лейтенант Сергей, совершил подвиг. Но он не считает себя героем. Он считает, что просто сделал свою работу. И это, наверное, и есть самое главное. Потому что настоящая доблесть не требует аплодисментов. Она просто есть. Она живет в людях, которые готовы отдать жизнь за других. Такие люди есть и сейчас. Они среди нас. И мы должны помнить об этом, чтобы не предать их подвиг, который они совершили тихо и без лишних слов, просто делая то, что должны.