Сочинение Характеристика героя Почтмейстер

На почтовой станции губернского города N, куда редко заглядывали важные чины и где жизнь текла медленнее, чем почтовая тройка по осенней грязи, жил человек по имени Иван Кузьмич Шпекин. Он был почтмейстером, то есть начальником почтовой конторы. Со стороны он мог показаться самым обычным, даже заурядным человеком: средних лет, с круглым, добродушным лицом, немного сутулый от долгого сидения за конторкой. Но в этом тихом, неприметном человеке жила страсть, которая наполняла его будни смыслом и яркими красками. Страсть эта была — чтение чужих писем.

Для Ивана Кузьмича почта была не просто службой, где принимают посылки и выдают конверты. Нет, это был волшебный театр, а он — его главный зритель и, в тайне, режиссёр. Каждый запечатанный конверт был для него занавесом, за которым скрывалась целая жизнь: признания в любви, семейные тайны, деловые интриги, слезы разлуки и радость ожидания. Он искренне считал, что в письмах — «всякая есть премудрость… и какая назидательность… лучше “Московских Ведомостей”!». Чтение газет его не интересовало, там всё было вылизано и правильно, а в письмах бился настоящий пульс жизни, горячий, несправедливый, трогательный.

Он делал это не из злого умысла или корысти. Шпекин был, в сущности, беззлобным и даже наивным человеком. Его поступком двигало чистое, детское любопытство и какое-то философское желание понять мир во всей его полноте. Распечатав письмо, он погружался в историю незнакомых ему людей, переживал за них, удивлялся, иногда осуждал про себя. Прочитанное он не использовал для шантажа или сплетен. Это было его личное, сокровенное удовольствие, его коллекция живых человеческих душ, собранная в ящике стола. Он был коллекционером чувств и судеб, и эта коллекция заменяла ему друзей, театр и книги.

В его характере было что-то от большого ребёнка. Он верил в чудеса, описанные в романах, которые тоже любил читать. А когда в город приехал Хлестаков, молодой человек с петербургскими манерами и блестящей выдумкой, Шпекин поверил ему безоговорочно. Ведь как могло быть иначе? Разве могут быть ложью такие живые, такие захватывающие рассказы о балах, министрах и арбузе «в семьсот рублей»? Для почтмейстера, чья жизнь была ограничена стенами конторы и содержимым чужих писем, Хлестаков стал живым героем из одного из тех романов. Он слушал его, развесив уши, с благоговением и восторгом. В этой доверчивости не было глупости — была романтическая жажда прикоснуться к большому, блестящему миру, который так отличался от его тихой почтовой станции.

Но самая яркая черта Шпекина — это его слепая, почти святая вера в начальство. Для него государственная служба была чем-то незыблемым и священным. Приказ, исходящий от лица, облечённого хоть малейшей властью, был для него законом, не подлежащим обсуждению. Поэтому когда городничий, встревоженный возможным приездом ревизора, просит его вскрывать и читать все подозрительные письма, Иван Кузьмич не видит в этом ничего предосудительного. Наоборот! Он счастлив, что его любимое занятие теперь не только разрешено, но и предписано свыше. Это узаконивало его страсть в его собственных глазах. Он исполняет это поручение с рвением примерного служаки, даже не задумываясь о безнравственности такого поступка. В его мире система была права всегда.

Именно эта покорность системе и слепая исполнительность приводят к развязке всей комедии. Аккуратно вскрыв письмо Хлестакова к другу в Петербург, Шпекин обнаруживает там разоблачающую правду. Он не радуется, что раскрыл «обманщика». Нет, он в смятении, потому что обмануты были его вера и его начальство. С важным видом человека, выполняющего долг, он несёт роковое письмо к городничему, даже не осознавая, что в его руках — бомба, которая взорвёт весь мирок городского вранья. Он делает это не со зла, а потому что так надо, так велело начальство. В этом моменте его детская наивность и бюрократическая тупость сливаются воедино с разрушительной силой.

Жизнь почтмейстера после разоблачения, вероятно, мало изменилась. Наверное, его отругали, но не сильно, ведь он, по сути, лишь выполнял приказ. И он вернулся в свою контору, к своим стопкам писем, к своему тихому, украдчивому миру чужих тайн. Но в этом образе Гоголь оставил нам не просто смешного чудака. Шпекин — это символ. Символ страшной духовной слепоты, которая рождается из бездумного исполнения приказов. Он добр, но его доброта бесполезна, потому что у него нет своего морального компаса. Он любознателен, но его любознательность превращается в пошлое подсматривание в замочную скважину чужой жизни.

Он — винтик в огромной государственной машине, который искренне рад, когда его используют по назначению, даже если это назначение — безнравственно. Он не задумывается о последствиях, потому что за него думает тот, кто выше рангом. В этом его трагедия, которая смешна только на первый взгляд. Ведь таких Шпекиных много и в наше время: людей, которые, не задумываясь, выполняют бесчеловечные приказы, потому что «так велело начальство», и при этом считают себя порядочными исполнителями, а свой пагубный поступок — просто хорошо сделанной работой.

Образ почтмейстера Шпекина — это гениальное гоголевское напоминание о том, что слепое послушание может быть опаснее сознательного зла. Злодей понимает, что творит, и его можно остановить. А вот добряк, уверенный в своей правоте, потому что «ему так сказали», способен, сам того не желая, натворить бед и остаться в полной уверенности, что он — молодец. Иван Кузьмич с его круглым, незлобивым лицом, зачитывающийся чужими письмами у себя в тихой конторе, — это не просто второстепенный комический персонаж. Это один из самых страшных и пронзительных образов в русской литературе, заставляющий нас задуматься: а всегда ли мы имеем смелость думать своей головой, прежде чем бездумно повиноваться?