Можно ли любой поступок назвать героическим? Пример из «Капитанской дочки»

Бывают в жизни моменты, когда кажется, что мир делится на черное и белое, на правильное и неправильное, на героев и трусов. В детстве я был в этом уверен. Герой — это тот, кто бросается в огонь, спасает из воды, сражается с врагом один против ста. Он совершает Великий Поступок, который виден всем, как яркая вспышка. Но с годами я стал задумываться: а разве героизм всегда должен быть громким и заметным? Можно ли любой поступок назвать героическим? Ответ на этот вопрос я нашел не в учебниках по истории, а на страницах повести Александра Сергеевича Пушкина «Капитанская дочка». Эта книга, как мудрый собеседник, показала мне, что истинное мужество часто прячется в тишине обыденности, в простых, но невероятно трудных решениях.

Петр Гринев, от чьего имени ведется рассказ, в начале повести — обычный недоросль, мечтающий о веселой гвардейской службе в Петербурге. Он и не помышляет о подвигах. Его поступки порой легкомысленны: проигрыш в бильярд, грубость с верным Савельичем, пьяная стычка в буране. Но уже здесь, в самом начале его пути, Пушкин роняет зерно будущего величия. Замерзающего в метели Гринева спасает простой казак, а в благодарность юноша дарит ему свой заячий тулуп. Это не героизм в привычном смысле. Это порыв души, чувство благодарности, которое пересиливает расчетливость Савельича. Этот, казалось бы, незначительный поступок — милость к незнакомцу — позже станет ключом к спасению его жизни. Разве это не героизм — умение быть благодарным и щедрым, когда тебе самому нелегко?

Но настоящий урок о природе героизма преподает нам не главный герой, а второстепенный, даже эпизодический — капитан Белогорской крепости Иван Кузьмич Миронов. Он не похож на героя из былин. Комендант, который доит корову и командует «ученьем» старых инвалидов. Его крепость — это несколько деревянных избушек. Когда приходит страшная весть о пугачевском бунте, Иван Кузьмич не строит грандиозных планов обороны. Он просто делает то, что должно: готовит пушку, пытается поддержать дух гарнизона. А когда крепость падает, и разъяренная толпа ведет его на виселицу, этот неказистый старик находит в себе силы для последнего, тихого подвига. Он отказывается присягнуть «государю Петру Федоровичу», зная, что это смерть. Его последние слова — не громкая речь, а обращение к жене: «Не упрямься!» Он просит ее смириться, чтобы спастись. Разве его поступок менее героичен, чем штурм вражеской батареи? Он не изменил ход истории, не победил армию. Он просто остался верен той присяге, которую дал когда-то. Это героизм чести, героизм внутреннего стержня, который не сломать ни страхом, ни насилием.

Рядом с ним — его жена, Василиса Егоровна. Хлопотливая, властная, вездесущая комендантша. В мирное время ее «подвиги» — это управление хозяйством и мужем. Но в час испытания она становится настоящей героиней. Она не бежит, не прячется. Она отдает последний узелок с вещами офицерской жене, утешает людей, а в страшный миг гибели муба выбегает на крыльцо с отчаянным криком. Ее убивают сразу. Ее поступок — это порыв любви и отчаяния, это нежелание жить, когда погиб тот, с кем прошла всю жизнь. Это героизм сердца, героизм верности, который не требует размышлений. Он естественен, как дыхание. Разве можно сказать, что ее смерть менее значима, чем смерть солдата в строю?

И, конечно, Маша Миронова — та самая капитанская дочка. В начале повести она «трусиха», краснеющая от выстрела пушки. Ее мир — это домашний круг, вышивание, сентиментальные романы. Но когда судьба ставит ее перед выбором, эта хрупкая девушка обнаруживает стальную волю. Она отказывается выйти замуж за Швабрина, предпочитая голодную смерть в заточении браку с нелюбимым. А потом, когда Гринев арестован, она совершает, пожалуй, самый смелый поступок во всей повести. Она одна, сирота, едет в Петербург, пробивается к самой императрице, чтобы рассказать правду и спасти честь любимого. Она побеждает не оружием, а чистотой, искренностью и бесстрашием своей любви. Ее героизм — это героизм долга и любви, тихий, но несокрушимый.

Но Пушкин, как истинный гений, не делает картину однобокой. Он показывает и другую сторону. Алексей Швабрин — умный, образованный офицер. В обычной жизни его поступки могли бы казаться даже разумными. Он переходит на сторону Пугачева, чтобы спасти жизнь. Разве это не естественное желание? Многие так и поступили. Но в этом-то и вся разница. Героический поступок — это не просто действие в трудных обстоятельствах. Это действие, продиктованное не инстинктом самосохранения, а чем-то высшим: долгом, честью, любовью, верностью. Швабрин выбирает себя. Миронов, Гринев, Маша в решающий момент выбирают другого: присягу, любимого, справедливость. В этом выборе и рождается героизм.

И здесь мы подходим к самому главному. А что же Пугачев? С точки зрения государства — злодей, разбойник, кровавый бунтовщик. Его поступки ужасны. Но Пушкин рисует его не картонным злодеем. В нем есть и широта души, и понятие о благодарности (он помнит заячий тулуп), и своеобразная справедливость. Его поступок — помилование Гринева — для него самого является геройским, проявлением милости «государя». Это заставляет задуматься: а всегда ли героизм одного — это героизм для всех? Нет. Героизм — понятие нравственное. Он зависит от тех ценностей, которым служит человек. Поступок может быть смелым, отчаянным, самоотверженным, но если он служит злу, насилию и лжи, он теряет право называться героическим. Мужество — да. Силу духа — возможно. Но не героизм. Героизм несет в себе свет.

Так можно ли любой поступок назвать героическим? Нет, не любой. Героический поступок — это не просто смелое действие. Это, прежде всего, нравственный выбор. Это когда в ситуации, где можно поступить легко, выгодно или безопасно для себя, человек выбирает трудный путь, потому что этого требует его совесть, его долг, его любовь. Это поступок, в котором человек побеждает в себе страх, эгоизм, слабость не ради славы, а потому что иначе не может.

«Капитанская дочка» — это энциклопедия таких тихих, настоящих героев. Здесь почти нет громких битв (разве что оборона крепости, которая длится считанные минуты). Зато есть множество поступков, от которых сжимается сердце. Вот Гринев, рискуя всем, отказывается целовать руку Пугачеву. Вот старый слуга Савельич бросается в ноги самозванцу, умоляя за своего «дитя», забыв о собственной опасности. Вот неизвестный гарнизонный солдат, который под виселицей отказывается признать в Пугачеве царя, зная, что его ждет мгновенная расправа.

Все они — обычные люди. Но в один миг их жизнь становится примером для других. Они учат нас, что героем можно быть не только на войне. Можно быть героем в своей честности, когда все вокруг врут. В своей верности, когда легко предать. В своей доброте, когда царят злоба и равнодушие. Героизм — это не удел избранных. Это возможность, которая есть у каждого в самый важный момент. Нужно только суметь услышать в себе тот самый тихий, но твердый голос, который подсказывает: «Поступить надо именно так. Иначе я перестану себя уважать».

Закрывая последнюю страницу повести, я понимаю, что Пушкин дал мне не ответ, а инструмент. Теперь, думая о каком-либо смелом поступке, я задаю себе вопросы: а что двигало человеком? Страх за себя или забота о другом? Желание славы или тихая сила убеждений? Служение добру или силе? И тогда становится ясно, где настоящий подвиг, а где лишь его бледная тень. Героизм, как мне кажется, всегда пахнет не порохом, а свежим хлебом человеческой души — той самой, которая, несмотря ни на что, выбирает свет.