Элен и Наташа: сравнительная характеристика в романе «Война и мир»

Они появляются на страницах романа почти одновременно — две девушки, два юных существа, два совершенно разных мира. Элен Курагина и Наташа Ростова. Когда я читал «Войну и мир», мне всё время хотелось понять, почему Лев Толстой проводит между ними такую чёткую, хотя и незримую, границу. Одна — идеал светской красоты, другая — воплощение жизненной силы. Но если присмотреться, это сравнение становится ключом к пониманию главной мысли автора о том, что такое настоящая жизнь, а что — лишь её бледная, мёртвая копия.

Элен с первого же появления в салоне Анны Павловны Шерер предстаёт перед нами как законченное произведение искусства. Её красота — мраморная, холодная, неоспоримая. Её плечи, её улыбка, её манера двигаться — всё отточено и доведено до совершенства. Но в этой красоте нет тепла. Она как дорогая картина в золочёной раме: на неё можно любоваться, но она не ответит на твой взгляд, не изменит выражения. Элен — продукт своего общества, его законов и его фальши. Она говорит то, что положено, улыбается, когда требуется, выходит замуж по расчёту. Её душа, если она и есть, спит глубоким сном. Её брак с Пьером — сделка, её интриги — игра, в которой люди — лишь пешки. В ней нет внутреннего стержня, нет «я». Есть только отражение чужих желаний и светских условностей. Она красива, но эта красота пугает своей пустотой, как прекрасная, но безжизненная ваза.

Наташа же врывается в роман вихрем, звуком, движением. Мы впервые видим её не на балу, а в своём доме, где она, тринадцатилетняя, со смехом выбегает из-за цветов. Её красота не в идеальных чертах — у неё, говорят, большой рот и худые руки. Её красота — внутри. Это красота искренности, одухотворённости, огромной жажды жизни. Она не умеет притворяться. Если она радуется — она смеётся во весь голот и бежит поделиться счастьем. Если она страдает — она плачет, не скрывая слёз. Она живёт каждую секунду, всем сердцем: сначала детской влюблённостью в Бориса, потом восторженной любовью к Андрею, увлечением Анатолем, глубокой привязанностью к Пьеру. Она может ошибаться, как в истории с Курагиным, может поступать безрассудно — но она всегда _чувствует_. Её душа не спит — она поёт, кричит, плачет, смеётся. Она — сама жизнь.

Их отношение к любви и браку — это два полюса. Для Элен брак — это ступенька, способ улучшить своё положение и остаться в центре внимания. Она выбирает Пьера не потому, что любит, а потому, что он богат и наивен. Она не видит в нём человека — только состояние. Её измены, её равнодушие к мужу — естественное продолжение этого взгляда. Любовь для неё — не чувство, а ещё одна игра, интрижка, способ развлечься. Для Наташи же любовь — это всё. Это полёт души. Её чувство к князю Андрею чистое и глубокое. Она ждёт его целый год, мечтает, готовится стать его женой. Её страшная ошибка с Анатолем происходит именно потому, что она, такая живая и жаждущая счастья, не смогла вынести долгой разлуки, пустоты, неопределённости. Она ищет любви, как цветок тянется к солнцу. И в конце концов находит её не в блестящем герое, а в большом, добром, неловком Пьере. Их союз — это союз двух живых душ, нашедших друг в друге тихую гавань после всех бурь. Наташа становится не светской львицей, а матерью и женой, находящей счастье в простых семейных радостях.

Даже их красота меняется со временем по-разному. Красота Элен статична. Она была идеальна в начале романа и осталась такой же почти до самой смерти. Она не развивалась, не взрослела по—

настоящему. Её ранняя смерть — словно увядание искусственного цветка, который и не жил вовсе. Он просто перестал существовать. Наташина красота — другая. Из угловатой, порывистой девочки она превращается в страдающую девушку после разрыва с Андреем и бегства с Анатолем. Потом мы видим её в горькие дни войны — некрасивую, худую, но полную сострадания, отдающую подводы раненым. И, наконец, в эпилоге перед нами — не блестящая красавица, а полная, сильная женщина, погружённая в заботы о муже и детях. Её черты погрубели, но в её лице светится что-то новое, глубокое и спокойное — свет прожитой жизни, любви, материнства. Толстой показывает, что настоящая красота души с годами не увядает, а лишь расцветает по-новому.

Но самое главное различие, пожалуй, в их связи с миром, с народом, с жизнью страны. Элен существует в замкнутом пространстве салонов, балов, сплетен. Война 1812 года, потрясшая всю Россию, для неё — лишь досадная помеха, из-за которой приходится менять планы. Она абсолютно чужда народу, его боли, его патриотизму. Она — часть того искусственного, пустого мира, который, по мысли Толстого, должен был рухнуть перед лицом общей беды. Наташа же оказывается частью огромного народного тела. В страшную ночь перед сдачей Москвы она, не дуная о своём багаже, заставляет родителей снять вещи с подвод и отдать их для раненых солдат. Она ухаживает за умирающим Андреем, разделяя общее горе. Она поёт народную песню, и её голос, необученный, но полный чувства, трогает до слёз, потому что в нём звучит сама русская душа. Через Наташу Толстой показывает, что истинная ценность человека — в умении чувствовать боль и радость других, быть частью чего-то большего, чем собственное «я».

В конце романа судьбы героинь завершают этот контраст. Элен умирает глупо и нелепо, от какой-то таблетки, которую она считала полезной. Её смерть так же поверхностна и пуста, как и её жизнь. Она почти не оставляет следа. О ней быстро забывают. Наташа же находит своё счастье. Оно не в блеске и славе, а в тихом свете семейного очага. Она полностью отдаётся роли жены и матери. И Толстой с огромной любовью описывает эту её новую красоту — красоту созидания, продолжения жизни. Мы видим, как она сердится из-

за пропавшей пелёнки, как угадывает каждое желание Пьера, как вся светится материнской любовью. Она больше не поёт на публику, но иногда ночью, для мужа, её голос звучит с новой, глубокой силой. Она обрела то, к чему стремилась её душа, — гармонию, любовь и смысл.

Так кто же они, Элен и Наташа? Две женщины, два символа. Элен — символ внешнего, ложного, мёртвого. Она — блестящая оболочка без содержания. Красота без души. Свет без тепла. Наташа — символ внутреннего, истинного, живого. Она — сама стихия жизни с её ошибками, болью, страстью и высшим счастьем. Её красота — в правде чувств. Читая роман, понимаешь, что Лев Толстой не просто сравнивает двух героинь. Он предлагает нам, читателям, сделать выбор. Выбор между жизнью, наполненной смыслом, чувством, связью с другими людьми, и существованием, которое, несмотря на весь внешний лоск, пусто и бесцельно. Наташа Ростова, с её слезами, смехом, ошибками и прозрениями, остаётся в нашей памяти как напоминание о том, что самое главное в человеке — это его живая, трепещущая, способная любить и страдать душа. А образ Элен, прекрасной и холодной, служит предостережением: нельзя позволить своей душе уснуть, иначе можно пройти по жизни, как по блестящему паркету, так и не узнав, что такое настоящее солнце, настоящая боль и настоящая радость.